Могултай

Вавилонская библиотека: Месопотамия

Здесь расположены настоящие "вавилонские", то есть древнемесопотамские тексты.


1. «РАБ, СОГЛАШАЙСЯ СО МНОЙ!..»

ДИАЛОГ ГОСПОДИНА И РАБА

(=Аллегорический диалог Порыва (воли-желания), представленного как "Господин", и Рассудка (рефлексии), представленной как "Раб")

I
«Раб, соглашайся со мной!»
«Да, господин мой, да!»
«Скорей подгони колесницу, ее запряги, во дворец я желаю поехать!»
«Поезжай, господин мой, поезжай. Будет тебе удача!
Царь, тебя увидав, тебе милость окажет!»
«Нет, раб, во дворец не хочу я ехать!»
«Не езди, господин мой, не езди.
Царь, тебя увидав, в дальний поход отправит,
Пустит неведомою дорогой,
Что ни день, что ни ночь страдать он тебя заставит».

II
«Раб, соглашайся со мной!»
«Да, господин мой, да!»
«Приготовь мне скорей воды, на руки мне полей, я желаю обедать!»
«Обедай, господин мой, обедай. Частая еда облегчает сердце,
Обед человека — обед его бога, к вымытым рукам благосклонен Шамаш».
«Нет, раб, не хочу я обедать!»
«Не обедай, господин мой, не обедай.
Еда - и вновь голод, питье - и вновь жажда - всегда с человеком» [1]

III
«Раб, соглашайся со мной!»
«Да, господин мой, да!»
«Скорей подгони колесницу, ее запряги, в степь на волю я желаю поехать!»
«Поезжай, господин мой, поезжай.
Вольный бродяга всегда наполнит желудок,
дикий пес косточку отыщет,
Перелетная птица гнездо устроит,
Кочующий онагр добудет себе пищу».
«Нет, раб, в степь на волю не хочу я ехать!»
«Не езди, господин мой, не езди.
Неверна удача бродяги,
У дикого пса обломаются зубы,
У перелетной птицы гнездо ее в стене замуруют,
А кочующему онагру ложе - пустыня».

IV
«Раб, соглашайся со мной!»
«Да, господин мой, да!»
«Я желаю основать свой дом, я хочу завести семью!»
«Заведи, господин мой, заведи! Кто основал свой дом, обеспечил себе заупокойные жертвы».
«Нет, раб, не хочу я заводить семью!»
«Не заводи, господин мой, не заводи.
Семья — что несмазанная дверь, петля ей имя,
Из детей только треть здоровых, две трети убогих».
«Так создать мне, что ли, семью?» — «Не создавай семьи!
Кто свой дом хочет создать, настоящее ради неверного будушего разрушает».[2]

V
«Раб, соглашайся со мной!»
«Да, господин мой, да!»
«Я желаю оказать покорность своему врагу,
я хочу смириться и уступить обвинителю своему!»
«Окажи покорность, господин мой, окажи покорность!
Уступи, господин мой, уступи!»
«Нет, раб, не желаю я покоряться, не хочу уступать!»
«Не молчи, господин мой, не молчи!
Твоей уступкой только воспользуется твой обвинитель,[3]
враги твои все равно тебе не дадут пощады».

VI
«Раб, соглашайся со мной!»
«Да, господин мой, да!»
«Разбойничать я желаю!»
«Разбойничай, господин мой, разбойничай.
Если на разбой ты не пойдешь, где возьмешь одежду,
Кто поможет тебе наполнить брюхо?»
«Нет, раб, не хочу я идти на разбой!»
«Не иди на разбой, господин мой, не иди! Кто разбойничает, того убьют или сдерут с него кожу, либо его ослепят, либо схватят и посадят в темницу».

VII
«Раб, соглашайся со мной!»
«Да, господин мой, да!»
«Женщину я хочу любить!»
«Полюби, господин мой, полюби!
Кто полюбит женщину, позабудется от скорби и страхов».
«Нет, раб, я женщину любить не желаю!»
«Не люби, господин мой, не люби.
Женщина — яма, капкан, ловушка,
Женщина — острый железный кинжал, перерезающий горло мужчины».

VIII
«Раб, соглашайся со мной!»
«Да, господин мой, да!»
«Скорей принеси мне воды, на руки мне полей,
моему богу-хранителю принесу я жертву!»
«Принеси, господин мой, принеси. У того, кто приносит жертвы своему богу, спокойно на сердце,
один заем за другим дает он».
«Нет, раб, не хочу приносить я жертву!»
«Не приноси, господин мой, не приноси. Бога все равно не приучишь бегать за тобой, как собака, раз уж он требует от тебя то обрядов, то оставить его в покое, то еще чего-то!»

IX
«Раб, соглашайся со мной!»
«Да, господин мой, да!»
«Давать в рост я хочу!»
«Давай, господин мой, давай. Кто дает в рост, сохраняет свое, доход же огромен».
«Нет, раб, не желаю я давать в рост!»
«Не давай, господин мой, не давай. Дать в долг не труднее, чем взять женщину, но получить свое назад не легче, чем ей потом родить! Люди твое добро возьмут, тебя же изругают, и тебя же лишат на твое добро дохода».

Х
«Раб, соглашайся со мной!»
«Да, господин мой, да!»
«Благодеяние для своей страны совершить я хочу!»
«Соверши, господин мой, соверши.
Кто совершает благодеяние для своей страны, деянья того — у Мардука в перстне, под его покровом».
«Нет, раб, благодеянье для страны свершить не хочу я!»
«Не свершай, господин мой, не свершай.
Поднимись и пройди по развалинам древним,
Взгляни на черепа первых и последних:
Кто из них был злодей, кто был благодетель?»

XI
«Раб, соглашайся со мной!»
«Да, господин мой, да!»
«Что же тогда благо?»
«Шею мою, шею твою сломать бы,
тела в реку выбросить —вот что благо!
Кто столь высок, чтоб достать до неба?
Кто столь широк, чтоб заполнить всю землю?»
«Хорошо же, раб, я тебя убью, отправлю первым!»
«А ты, господин, надолго ли меня пережить собрался?» [4]

---

Блестящий разбор этого диалога (и перевод, лежащий в основе приведенного выше перевода) можно найти в: Емельянов В.В. Предфилософская мысль древней Месопотамии // Размышления о философии на перекрестке второго и третьего тысячелетий. СПб., 2002. С.178 слл. [Название у всего сборника истинно отъединенное: это в чьем же воображении третье тысячелетие _пересекает_, а не продолжает второе?]


2. СУДЬБЫ ОПРЕДЕЛЯЮТСЯ БОГОМ ЭА...

Судьбы определяются богом Эа,
разумением богов распределяются жеребья.
От прошедших же дней остается нам ветер.
Из уст предков ушедших разве что-нибудь слышно?
Одних другие сменили, а других - третьи.
Вечный дом твой будет над их домами.
Они далеко, как небо,— чья рука достанет?
Как о глубинах земли — никто не знает.
Вся наша жизнь — мгновение ока,
Дана не навечно жизнь человекам.
Где Алулу, что 36 тысяч лет правил?
Где Этана, что летал на небо?
Где Гильгамеш, что, как Зиусудра, искал вечной жизни?
А где Хубаба, что пред ним пал, когда был им схвачен?
Где Энкиду, что в стране побеждал самых сильных?
Где Бази? Где Зизи?
Где цари великие, что были от дней прошедших и доныне?
Не зачнут их вновь, не родят снова,
А жизнь без света чем лучше смерти?
Истинного бога-защитника твоего тебе сейчас открою:
Выкинь, вырви унынье, брось печали!
За единый веселья день пусть печали 36 тысяч лет приходят.
Пусть пивная богиня Сираш, как сыночку, тебе будет рада!
Вот — предназначенье человека!


3. ПОХВАЛА ИШТАР

Дева Иштар молодцам явилась.
Утехою держится город!
Один молодец к ней подходит, молвит:
Утехою держится город!
«Приди ко мне, уважь мою просьбу».
Утехою держится город!
Тут другой к ней тоже подходит, молвит:
Утехою держится город!
«Приди, чтоб за лоно твое я взялся!»
Утехою держится город!
«Что ж, я вас уважить готова —
Утехою держится город!
В вашем городе мне молодцов соберите,
Утехою держится город!
В тень стены отойдем с вами вместе».
Утехою держится город!
Семеро — у ее грудей, семеро - у ее бедер.
Утехою держится город!
Шестьдесят и еще шестьдесят наготой ее себя тешат.
Утехою держится город!
Молодцы приустали, ну а Иштар вовек не устанет!
Утехою держится город!
«Восходи, молодцы, на прекрасное лоно!»
Утехою держится город!
И что этими словами Дева велела -
Утехою держится город!
Молодцы услыхали - и уважили просьбу!
Утехою держится город!

Итого: 20 строк похвалы Иштар.


4. ВОИНСКАЯ ПЕСНЬ АРМИЙ ХАММУРАПИ

Хаммурапи, царь могучий, -
Что ж, кого ты ждешь?
Эллиль дал тебе величье —
Что ж, кого ты ждешь?
Син тебе дал превосходство -
Что ж, кого ты ждешь?
Нинурта дал оружье славы -
Что ж, кого ты ждешь?
Иштар дала силу битвы —
Что ж, кого ты ждешь?
Шамаш и Адад твоя заступа
Что ж, кого ты ждешь?
Царь, чье дело Мардуку любо,
воцарись над Четверкой Сторон Света!
Твоя власть да воссияет,
да прославится твое имя,
Бессчетные люди за тебя да молят,
Для тебя пусть ниц простираться будут,
да восхвалят твою великую доблесть,
да почтут тебя великим почетом!
Взошел над черноголовыми, точно Шамаш,
ублажил плоть людей народа,
Горы и равнины поверстал в службу,
Великую силу свою прославил до века!
Хаммурапи-царь, могучий воин,
Побивающий супостата,
на противника — наводненье,
повергающее вражью землю,
подавляющий супротивных,
сокрушающий мятежных,
разнимающий лоно гор неприступных, -
царь Хаммурапи, хорошо тебя славить!


Примечания

[1] Смысл тот же, что во фразе «на время причесываться глупо, а навсегда невозможно»: вскоре после еды все равно почувствуешь голод, после питья - жажду, так что по-настоящему от них едой и питьем не избавиться. В вольном переводе стояло бы: «Едой не избавиться от голода, питьем не освободиться от жажды».

[2] Дословно: «Строящий свой дом отцовский дом разрушает». «Свой дом» - то есть его будущий семейный дом, «отцовский» - _его же_ нынешний дом, доставшийся ему в наследство от отца. То есть тот, кто от своего уже устроенного холостого быта устремляется к созданию семьи (требующего, кстати, больших трат ресурсов нынешнего «дома», того самого унаследованного достатка), тот, выходит, жертвует имеющимся, настоящим благом ради неверной надежды на будущее, на деле довольно безрадостного. Мысль, не чуждая многим старым холостякам... : )

[3] Дословно: «Если _ты_ своих уст не откроешь, твой противник-обвинитель промолвит слово!»

[4] Дословно: «А господин мой хоть на три дня меня переживет ли?», то есть господину все равно умирать, так не все ли равно, немногим ли раньше, немногим ли позже? Насколько бы он ни пережил раба, это все равно, что ничего, коль скоро его тоже ожидает неизбежная смерть. Какая разница, кто кого пережил, если оба умерли?


Обсуждение этого текста (архивный тред)
Обсуждение этой статьи на форуме