Сайт Архив WWW-Dosk
Удел МогултаяДобро пожаловать, Гость. Пожалуйста, выберите:
Вход || Регистрация.
11/13/19 в 04:40:29

Главная » Новое » Помощь » Поиск » Участники » Вход
Удел Могултая « Один чрезвычайно старый текст »


   Удел Могултая
   Бель-летр
   Прочие авторские тексты
   Один чрезвычайно старый текст
« Предыдущая тема | Следующая тема »
Страниц: 1  Ответить » Уведомлять » Послать тему » Печатать
   Автор  Тема: Один чрезвычайно старый текст  (Прочитано 1207 раз)
Guest is IGNORING messages from: .
Vagram
Завсегдатай
****


Я люблю этот Форум!

   
Просмотреть Профиль »

Сообщений: 181
Один чрезвычайно старый текст
« В: 01/02/07 в 11:03:28 »
Цитировать » Править

Маленький разговор во тьме
 
В комнате двое: Писатель и Гость.  
 
Г о с т ь. Итак, настало время расчета. За тобой душа.  
П и с а т е л ь. Во-первых, представься.  
Г о с т ь. Это излишне. Ты и так знаешь, кто я.  
П и с а т е л ь. Допустим, знаю. Хорошо во сне, когда все знаешь.  
Г о с т ь. Здесь нет света, вот тебе и кажется, что это сон.  
П и с а т е л ь. А я включу свет, и ты исчезнешь.  
Г о с т ь. Только само по себе это еще ничего не докажет. Звезды ведь тоже не видны днем. Однако давай к делу.  
П и с а т е л ь. Давай. (Осматривается.) Ну и как ты собираешься извлекать из меня душу?
Г о с т ь (открывает сумку). А вот этим.  
П и с а т е л ь (на некоторое время теряет дар речи, потом приглядывается и начинает хохотать). Знаешь, на что это похоже? На щипцы для подстригания зубов у лошадей!..
Г о с т ь. Приятно иметь дело с клиентом, который не совсем утратил чувство юмора. Кстати, на щипцы для лошадей это совсем не похоже – уж скорее на что-то акушерское.  
П и с а т е л ь. Или пыточное.  
Г о с т ь. Ну-ну, не драматизируй. Дело палача – причинять боль, а я пришел избавить тебя от нее.  
П и с а т е л ь. Вот это уже совсем интересно.  
Г о с т ь. Чего тут интересного... Итак, первым делом мне нужно твое формальное согласие.  
 
Пауза.  
 
П и с а т е л ь. Согласие на что?  
Г о с т ь. Ну, не валяй дурака. Если вдруг хочешь отказаться – так и скажи, а вообще – не тяни.  
П и с а т е л ь (наполовину иронически). Согласие подписывать как – кровью или чернилами?
Г о с т ь. Да ну что ты, мы же не бюрократы. Мне достаточно устного. Итак?
П и с а т е л ь. Ничего я тебе не дам.  
Г о с т ь. Ну и не давай. Не отбирать же силой.  
П и с а т е л ь. Ну надо же. (После паузы.) А ты что – и правда не будешь отбирать?
Г о с т ь. Что же я – насильник какой-нибудь? Настоящую ценность имеет только душа, которую клиент отдает сам, добровольно...  
П и с а т е л ь. Добровольно?
Г о с т ь. Ну да. Надеюсь, ты не думаешь, что это невозможно.  
П и с а т е л ь. Ну-у... Признаться, мне как-то трудно это представить.  
Г о с т ь. Скажи прямо: тебе очень хочется узнать, какими такими способами я могу заставить клиента добровольно отдать мне душу. Отвечаю. Самый простой способ – это убедить его, что душа ему уже не нужна.  
П и с а т е л ь. Разве так может быть?
Г о с т ь. Ты хочешь сказать – разве так может быть с тобой? Смотри. (Достает тонкий серебристый колокольчик. Звонит.) Слышишь?
П и с а т е л ь. А я должен слышать?
Г о с т ь. Этот колокольчик особенный. Его не может услышать человек, а может только его душа. (Замолкает, давая собеседнику время осознать сказанное.)
П и с а т е л ь. Я...  
Г о с т ь. С тобой пока все нормально. Подожди... Ну и испугался же ты. На щеках пятна, зрачки во весь глаз. (Нежно.) Не бойся. Я останусь и успокою тебя.  
 
Пауза.  
 
Г о с т ь. Ты хочешь делать людям добро – ну и делай, кто тебе мешает. Ты хочешь писать свои книги – ну и пиши их дальше. Но ты же не думаешь, что душа и творчество едины? Ну да, она бывает нужна в начале – как искра зажигания. Но теперь-то ты уже научился. Ты Мастер. И теперь тебе душа – только помеха.  
П и с а т е л ь. Но ведь человек без души – это мертвец.  
Г о с т ь. Силлогизм, с которым не поспоришь. А тебе нужно обязательно быть живым? По-моему, очень многим хорошо и так.  
 
Пауза.
 
П и с а т е л ь. Быть живым...  
Г о с т ь. Удовольствие сомнительное, а проблем много. По мне, это вообще какое-то ребячество. Все, что тебе на самом деле нужно от мира, можно взять и без этого. И даже проще будет. Человек, желающий оставаться непременно живым – все равно что влюбленный мальчишка, убежденный, что без его пламенной страсти рухнет мир. Это прелестно, вот только многие ли из вас сохраняют это убеждение, когда вырастают?  
П и с а т е л ь. Из нас?  
Г о с т ь. Из вас. Я здесь – гость. Но не будем отвлекаться. Прежде всего, ты зря беспокоишься: твоя душа еще жива. Она уменьшилась в размере, так что даже я ее еле вижу, она парализована и почти ничего не видит и не слышит, но она жива. Ты теперь понимаешь, что она – это не ты, но если ей плохо и больно, то эта боль передается тебе. Она болит и раздражает тебя, как нарыв на неудобном месте. И вот этот нарыв я тебе предлагаю удалить.  
П и с а т е л ь. Она?..  
Г о с т ь. Чужеродное тело, как опухоль.  
П и с а т е л ь (после паузы). Я должен подумать.  
 
Гость вежливо разводит руками: сколько угодно, не смею мешать. Писатель сидит неподвижно. Проходит несколько минут, и он поворачивается к Гостю. Они смотрят друг на друга.  
 
П и с а т е л ь. Будь проклят, пес!
Г о с т ь. Ну вот. И это – после всего хорошего, что я для тебя сделал.  
П и с а т е л ь. Что ты мне сделал хорошего?..  
Г о с т ь. Конечно, теперь ты обижаешься, что я научил тебя творчеству. А когда-то был благодарен. Ну да, есть у нас такое развлечение – прокалывать реальность, чтобы оставалась дырка, где нет ни добра, ни зла, ни света, ни тени, ни роста, ни умирания... И вот через эту дырку можно, как мыльный пузырь, выдуть новый мир.  
П и с а т е л ь (глухо). Я думал, что создавать миры – это привилегия богов.  
 
Гость начинает хохотать. Он хохочет долго, со вкусом, раскачиваясь в кресле. Писатель смотрит на него без всякого выражения.  
 
Г о с т ь (успокоившись). По твоему лицу вижу, что объяснять ничего не надо – сам понимаешь, какую глупость сморозил. Ну так как все-таки насчет дела?
П и с а т е л ь. Нет.  
Г о с т ь. Ну что ты, в самом деле, как маленький. Знаешь ведь, что неправ.  
П и с а т е л ь. Я не буду с тобой спорить.  
Г о с т ь. И очень правильно сделаешь, уверяю тебя. Не стану утверждать, что меня вообще нельзя переспорить – но тебе сейчас это не удастся. В нашей работе не последнее дело – застать клиента в нужный момент.  
П и с а т е л ь. Хорошо. Пусть в этом нет никакого смысла. Все равно – я просто не могу сдаться.  
Г о с т ь (усмехаясь). Ну, не сдавайся. Только ведь долг есть долг. Я не очень суровый кредитор, могу и поторговаться. Если не хочешь отдавать душу – подари мне глаза. Ведь все равно ты не увидишь глазами больше, чем внутренним взором. А мне они пригодятся: я украшу ими крылья своих ангелов... Ну да, у них крылья, как у летучих мышей, а иметь на каждом крыле по живому человеческому глазу – это роскошное украшение, как у людей бриллианты.  
П и с а т е л ь (задумчиво). А что мне мешает просто выгнать тебя вон?  
Г о с т ь. Сказать? Тебе мешает страх остаться одному. От этого ведь свободны только мы, Гости. Свободны, как птицы, и как змеи, крылаты. А потому – чисты.  
 
Пауза.  
 
П и с а т е л ь. Откуда ты взял, что я один?
Г о с т ь. Ах, ну конечно, вокруг тебя люди. И у тебя есть эти, как их, друзья. Только сейчас мы – во Тьме. С мира сняли цветное покрывало. Законы дня здесь не действуют. Игрушек больше нет. Ты один в темноте, и тебя это пугает – как в детстве.  
П и с а т е л ь (задумчиво). Похоже, что ты прав.  
Г о с т ь. Да уж конечно, я прав. Самая сильная фигура в моей игре с тобой – то, что я читаю твои мысли так же свободно, как ты – знаки на бумаге.  
П и с а т е л ь. И твоя откровенность – это тоже сильная фигура.  
Г о с т ь. Конечно. И твое знание о моей откровенности – тоже. Желаешь продолжить рассуждение? Наша шахматная доска конечна, но не имеет границы, и сами клетки могут становиться фигурами... Уж не говоря о том, что фигуры легко меняют цвет. И вообще мы играем не партию, а бесконечное множество партий...  
П и с а т е л ь. Боже, как это скучно.  
Г о с т ь. Ужасно скучно. Это пустая болтовня, жонглирование словами, которое ни к чему не обязывает и ничего не дает. Важно только одно: в каждой из партий ты проигрываешь.  
 
Пауза.  
 
П и с а т е л ь. Один из моих героев жил в стране, где на небе никогда не бывало облаков. Даже самых маленьких. Никогда. В такой стране нет пасмурных дней, но нет и ясных дней...  
Г о с т ь. Ну и что?  
П и с а т е л ь (бормочет). Тоска по грозе... Понимаю... Проклятие... Я тебя не звал! Я тебя не звал!!!  
Г о с т ь. Ох, как интересно. А отогнать меня крестом ты не пробовал?
П и с а т е л ь. Может быть, еще не поздно. Я вспоминаю историю про мальчика, который заснул в лесу, а когда проснулся, увидел, что прирос к дереву... Я не смогу оторваться от тебя сразу, но постепенно, вытягивая по волоконцу... Как пьяниц отучают пить...
Г о с т ь. А от воды или от воздуха ты так никого не отучал?  
 
Пауза.  
 
Г о с т ь. Ладно, это с моей стороны был ход не по правилам. Хорошо. Я верю, что у тебя хватит силы, и настанет день, когда ты вытянешь последнее волоконце...  
П и с а т е л ь (вдруг начиная понимать). Заткнись!..
Г о с т ь (спокойно). ...В этот день ты подойдешь к зеркалу и ничего не увидишь. Я бы сказал, что это немного утомительный способ развоплощения. А я тебе предлагаю – с комфортом.  
 
Пауза.  
 
П и с а т е л ь. Хорошо. Бери.  
Г о с т ь. И давай-ка без истерик. В конце концов, это всего лишь маленькая хирургическая операция...  
 
Погружает Писателя в сон, достает инструменты.  
 
Г о с т ь. Пока ты спишь, я скажу тебе еще кое-что. Как по-твоему, зачем мне твоя душа? Ты думаешь, она мне вообще нужна? Ну да, у некоторых есть такое – развлекаться душами, играть с ними, как с котятами. Тоже, по-моему, ребячество. А обычно просто не хочется отнимать у человека последний повод для гордости: вот-де сам Дьявол за моей душой охотится, старается всячески, чтобы ее добыть... А на самом деле я ее просто возьму и выпущу, и пусть себе живет одна, если сможет, а нет – пусть умирает. Все равно вы больше никогда не встретитесь... Я не гуманист, иначе прикончил бы ее, бедолагу. Но и нужна мне она, как прошлогодний снег... Я не гуманист, но вот о тебе, Писатель, я забочусь. Ты – Писатель, это идея жизни твоей – писать. А творчество и душа, они ведь теснят друг друга – о, еще как. Разве уживутся два дракона в одной пещере? Так пусть тебе будет легко. Пусть твои новые книги будут прекрасны – я очень люблю прекрасное. Об этом мало кто догадывается, а ведь нет на свете больших идеалистов, чем черти. Знаешь, у меня не может быть друзей, но тебя я сейчас ощущаю почти другом... Ну вот и все. Отдыхай. Проснешься, и все будет хорошо. Я, перед тем как уйти, скажу служанке, чтобы поставила для тебя кофе.  
 
Зарегистрирован
Isaac_Vasin
Гость

email

Re: Один чрезвычайно старый текст
« Ответить #1 В: 01/02/07 в 13:06:47 »
Цитировать » Править » Удалить

Напомнило:
"...Ведь я приходил за твоей тоской,
Душ мне хватает и так."
(с)Лин
Зарегистрирован
Kell
Живет здесь
*****


Дело вкуса...

   
Просмотреть Профиль » WWW »

Сообщений: 2889
Re: Один чрезвычайно старый текст
« Ответить #2 В: 01/02/07 в 13:27:15 »
Цитировать » Править

Отличный рассказ, спасибо.
Зарегистрирован

Никому не в обиду будь сказано...
passer-by
Завсегдатай
****


Идут по земле пилигримы...

   
Просмотреть Профиль »

Сообщений: 194
Re: Один чрезвычайно старый текст
« Ответить #3 В: 01/18/07 в 11:56:08 »
Цитировать » Править

Отличный, да. Но невероятно грустный. Тоскливо.  Cry
Зарегистрирован
Страниц: 1  Ответить » Уведомлять » Послать тему » Печатать

« Предыдущая тема | Следующая тема »

Удел Могултая
YaBB © 2000-2001,
Xnull. All Rights Reserved.