Могултай

Мэттер оф Бритэйн: король Кулванавид


“Кулванавид, Столп Британии”.

Абстракт: дошедшие до нас в том или ином виде остатки раннесредневекового эпоса бриттов содержат несколько упоминаний Кулванавида (Кулфануйда) «Стопа Британии», отца знаменитой Ессилт («Изольды»), возлюбленной северобританского героя Дрёстана («Тристана»). Для поздних поколений Кулванавид стал полузабытой фигурой, если и вообще известной, то лишь как отец своей столь памятной любовными похождениями дочери. При жизни и в первое время после смерти, однако, он, как показывает его прозвище «Стоп Британии», был знаменит и сам, собственными боевыми подвигами и властным могуществом. Анализ упоминаний Кулванавида позволяет заключить, что это был правитель Острова Мэн (Инис Манау), чье имя точно неизвестно, по прозвищу Кул-Манавид, «Коротышка из Манау», сын некоего ближе неизвестного Гориона, правивший в третьей четверти 6 века. Опираясь на остров Мэн, он стал хозяином Ирландского Моря, и, возможно, совершил какие-то завоевания в самой Ирландии. К ~570 г. он добился гегемонии над всем противолежащим Мэну регионом северной Британии, от Ирландского до Северного моря и выдал одну свою дочь, Ессилт, за правителя местного бриттского королевства (Северного Регеда), Марка Боевого Пса сына Маркиана (Кин-Марха ап Мархиауна), другую - за Овайна, престолонаследника и фактического соправителя следуюшего северорегедского короля, Урьена, а третью - за королевича нортумбрийских англов. Ок. 575 г., однако, Кул-Манавид сошел со сцены (возможно, он погиб в рейде на франкские владения в Галлии), и его сфера власти перестала существовать. За его наследие в течение примерно десяти лет шла война, победителем в которой оказался северорегедский Уриен. Не исключено отождествление Кул-Манавида (напомним, что это прозвище) с северобриттским королем по имени (Д)Утигирг, упоминающимся у Ненния в «Истории бриттов».


1. Данные источников и имя Кулванавида.

Король Кулванавид появляется прежде всего в “Триадах острова Британия” (триады 71, 80), где он именуется “Столпом Британии” (триада 71) и “Кулванавидом Британии = Британским” (триада 80) и выступает как отец трех неверных жен:
- Ессилт, жены Марха (Кинварха = Кин-Марха, Марха [Боевого] Пса) ап Мархиауна, короля Северного Регеда (правил в середине - третьей четверти VI в.).
- Пенарвен, жены Оуэна ап Уриена, короля Северного Регеда (приходящегося, между прочим, внуком и вторым преемником самому Марху ап Мархиауну). Правление Оуэна приходится на исход VI в., но жениться на Пенарвен он мог еще до воцарения, при жизни своего отца Уриена (правил ок. 570-590 г.).
- Бун, жены Фламдуина (“Огненосного”). “Фламдуин”, как известно по валлийскому эпосу, - это прозвище короля Берники, убитого в битве при Аргойд Луфейн принцем Оуэном ап Уриеном, королевичем Северного Регеда, сражавшимся в этой битве рядом со своим отцом Уриеном ап Кинвархом, тогдашним северорегедским королем. Эта информация, в сочетании с данными “Истории бриттов”, жестко требует отождествлять Фламдуина либо с Теодриком (572-579 г.), либо с Фритувальдом (579-585 г.), королями Берники (1).

В “Триадах” имя Кулванавида пишется Culvanawyt (рукописи Pen.47, Pen.50), Gyrmanawyd (Pen.267), Gur Manaw (три текста, использующих материал триады 71 в качестве вступления к арайту - образцу риторической прозы /Trioedd Ynys Prydein [TYP] / Ed.R.Bromwich. Cardiff, 1961. P.311-312, 441|). Р.Бромвич, анализируя первую форму, считает единственно мыслимой для нее этимологией *Cul Manawyd, “Худощавый Manawyd” где Manawyd - либо кельтский субстантив “шило”, либо производное от топонима Manaw, зафиксированного для двух областей - Ynys Manaw (остров Мэн) и Manaw Gododdin (королевство северных вотадинов) /TYP. Locc.cit./. В любом случае это не настоящее личное имя, а типичное для кельтов прозвище. Подлинное имя Кулванавида традиция игнорирует.

В исходной северобриттской “Саге о Дрёстане”, как она вполне доказательно реконструируется З.Эйснером по всему огромному материалу традиции о Тристане и Изольде, отец Ессилт накануне ее выдачи за Кинварха Северо-Регедского берет дань с Северного Регеда и притесняет Кинварха и его народ /S.Eisner. The Tristan Legend. A Study in Sources. Evanston, 1969. P.161 f./. Добавим, что традиция о Тристане и Изольде, в самых разных своих вариантах, упорно размещает королевство отца Изольды, т.е. Кулванавида, на острове, каковой отождествляет с Ирландией.

В сказании о Киллухе и Олвен, в длиннейшем перечислении известных, малоизвестных и ближе неизвестных бриттских героев упомянут без каких-либо уточнений Kuluanawyt mab Goryon /WM 464, 10-11. Ср. рус. перевод: Валлийские сказания “Мабиногион”. М., 2000. С.99/, в котором, очевидно, надо видеть нашего Кулванавида. Это единственное место, где его имя приводится с патронимом. В двух других памятниках в ничего определенного не говорящем контексте упоминается витязь “Конан сын Кулванавида”, причем имя последнего пишется как Kulfanawyd и Сulfanawyd.

Наконец, в романе о Тристане Готфрида Страсбургского (XIII в.) отец Изольды именуется “Гормонт” (ст.5870 слл.), что нельзя оторвать ни от этимологии (*Cul Manawyd), ни от одного из вариантов прямого написания (Gyrmanawyd) имени того же отца Изольды - Кулванавида в исконной кельтской традиции. Очевидно, Готфрид опирался на бретонскую по происхождению традицию, приводившую кельское имя в офранцуженной огласовке.

1а. Теперь вернемся к написанию и этимологии имени. Сопоставление всех вариантов (Culv/fanawyd, Gyrmanawyd, Gormont, Gur Manaw) удостоверяет тот факт, что -v- в написаниях на Сulv- отражает, по стандартным правилам, реальное -m- на стыке слов, причем это реальное -m- осознавалось как таковое носителями традиции по обе стороны Пролива. Тем самым этимология, предложенная Р.Бромвич, подностью подтверждается. При этом форма Gur Manaw побуждает связывать это имя как раз с топонимом Манау, а не с существительным “шило”. Добавим, что прозвище “Худое/тонкое шило” выглядит неестественно тавтологическим (шило должно быть тонким по определению), а прозвище “Худышка из Манау” - вполне естественным. Кроме того, Кулванавид по всем приписываемым ему династическим связям (с Берникой и Северным Регедом) действительно связан именно с севером Британии, где находятся оба Манау. О том, какое из двух Манау связывать с Кулванавидом, с уверенностью судить нельзя, но тот факт, что отец Изольды устойчиво рисуется в письменной традиции как заморский, островной владыка, склоняет все же больше к острову Мэн. Это, кстати, позволит легко объяснить и то, почему та же традиция помещает Кулванавида именно в Ирландию: Мэн и в самом деле подвергался интенсивному ирландскому освоению и к тому же, считая от Северного Регеда, лежит в точности по направлению к Ирландии. Таким образом, если бы первоначальная традиция помещала Кулванавида на Инис Манау, Тристан плавал бы за Изольдой на остров к западу от Регеда, и при развитии традиции было бы очень легко отождествить этот остров с Ирландией, сдвинув его чуть дальше по направлению плавания Тристана. Кроме того, король Инис Манау легко мог сам проникать в Ирландию и располагать там какой-то сферой влияния, что дополнительно позволяло бы поздней традиции воспринять его как ирландского владыку. Манау Гододдин перепутать или ассоциировать с Ирландией было бы значительно труднее. Наконец, в имени Кулванавида отразилось только “Манау”, но не “Гододдин”.

По всем этим причинам имя Кулванавида было бы целесообразнее всего толковать как “Худышка с Манау=острова Мэн”.
 

2. Датировка и исторический облик Кулванавида эпической традиции.

Кулванавид эпической традиции - это весьма могущественный северобриттский король середины - третьей четверти VI в., причем все известные о нем детали непротиворечиво укладываются в этот образ. Королей, получающих эпитет “Опора Британии/бриттов/кимров”, можно пересчитать по пальцам одной руки (кроме самого Кулванавида это определение получают лишь Карадок “Столп Кимров”, Святой Пабо “Столп Британии” и Уриен Северорегедский “Столп Британии”). Определять короля просто как “Британского” (триада 80) тоже можно как будто лишь в том случае, если он достаточно могуществен, чтобы быть “под стать” подобному эпитету. Три дочери Кулванавида отданы замуж за двух северорегедских и одного берникийского короля, что помещает его на север и одновременно свидетельствует о его влиятельности. В традиции о Тристане и Изольде он даже берет с Северного Регеда тяжкую дань. Связь имени Кулванавида с любым из двух известных топонимов Манау подтверждает северную локализацию этого короля.

Хронологические указания о Кулванавиде также оказываются на редкость непротиворечивы. Даже выдача дочерей и за деда (Марха), и за внука (Оуэна) оказывается не особенно странным делом, если вспомнить, что Оуэн выступает как активный деятель (убийца Фламдуина) при своем отце Уриене. Если полагать, что первый брак состоялся под конец жизни Марха (между прочим, весь сюжет “Тристана” построен на том, что Марх в момент брака уже стар), а второй - при Уриене, дистанция между этими браками будет очень невелика. В целом имеем: Кулванавид - тесть Фламдуина, т.е. берникийского короля, погибшего в 579 или 585 году; тесть противника и убийцы этого короля (Оуэна); тесть деда последнего (который к моменту брака был весьма стар). Для Кулванавида все это непротиворечиво даст в качестве времени “расцвета” третью четверть VI в.

Непротиворечивость содержательных и хронологических сведений о Кулванавиде показывает, что мы имеем дело с реальным историческим лицом. К тому же выводу можно прийти и с другой стороны: для вымышленного короля Кулванавид - слишком малозначительная фигура, и никакой фольклорной нагрузки его образ в традиции не несет.

Могущество эпического Кулванавида странным образом сочетается с тем фактом, что его совершенно игнорируют валлийские генеалогии. Он выступает в традиции как отец Ессилт-Изольды, но его собственное отчество приводится один-единственный раз в случайном контексте в “Мабиногион”, совершенно независимо от этого сюжета, и он не вписан ни в одну из династий, генеалогии которых до нас дошли. В валлийском эпосе и фольклоре от его славы тоже не осталось решительно ничего, и о ней приходится догадываться по эпитетам в “Триадах”. Все это, очевидно, означает, что Кулванавид не принадлежал к какой-либо из известных династий и не смог основать таковую, а был “выскочкой”, прежде всего удачливым военачальником. В эпоху, когда посмертная слава князя была связана прежде всего с хранением памяти о нем при дворе его правящих потомков, такое положение Кулванавида и должно было привести к тому, что позднейшая традиция никаких ярких воспоминаний о нем не удержала.
 

3. Северная Британия в VI в. и эпический Кулванавид.

Общие сведения об истории Северной Британии VI в. позволяют внести в биографию Кулванавида некоторые - сугубо гипотетические - уточнения.

Прежде всего, в связи с чем он мог получить свое почетное прозвище “Столпа Британии”, т.е. каких именно врагов бриттов он отражал? Сфера деятельности Кулванавида, судя по приписываемому ему в “Триадах” династическому браку с домом Берники, включала даже нортумбрийские территории, но здесь для него как раз отмечен брак, а не война. Разумеется. это не исключает войн Кулванавида с нортумбрийскими англами (сам брак мог быть вынужденным последствием такой войны для любой из сторон), но ничего и не говорит о них. Если Кулванавид правил любым из двух Манау, воевать он должен был прежде всего со скоттами и пиктами, а они были ничуть не менее страшными врагами бриттов, чем германцы. Если же, как мы полагали, Кулванавид господствовал именно на острове Мэн, то его могущество автоматически становилось щитом бриттов от ирландцев (как самой Ирландии, так и недавно основанной шотландской Далриады), что и обеспечивало бы ему славу защитника и опоры Британии даже независимо от его возможных саксонских войн.

Уточнить время могущества Кулванавида помогают как раз сведения о его гегемонии по отношению к северному Регеду. В ~550-565 гг. (мы следуем хронологии Дж.Морриса) северный Регед должен был последовательно входить в сферы власти Элиффера Эбраукского (ок.550), Ридерха Клайдского (ок.начала 560-х) и Руна Гвинеддского (ок.565), с возможным перерывом на конец 550-х гг. Гегемонию Кулванавида в Регеде можно тем самым помещать, помимо указанного перерыва, только на более позднее время, т.е. на конец 560-х - 570-е Можно думать, что Кулванавид выдвинулся в войнах на море в предшествующие десятилетия, и, когда Рун Гвинеддский, ниспровергнув господство Ридерха Клайдского, сам ушел на юг (565 г.), Кулванавид окончательно заполнил образовавшийся политический вакуум.

В свою очередь, с 570-х гг., при Уриене ап Кинвархе, Северный Регед сам становится крупной силой, а Уриен, как явствует из изложения ненниевой “Истории бриттов”, пар.63, в 580-х был уже гегемоном королевств всего Севера Британии. Гегемонию Кулванавида можно помещать только до этого времени, так как с верховенстьвом и мощью уриена она несовместима. Итак, гегемония Урьена является заведомым terminus’ом ante quem для гегемонии Кулванавида (тем более для его верховенства над самим Северным Регедом - королевством Уриена!); вероятно, ко времени этого взлета Уриена Кулванавид умер. Итак, t.a.q. для исчезновения Кулванавида является ~575/585 г.
 

4. Инис Манау в VI в. и эпический Кулванавид.

Коль скоро “Кулванавид” означает “Худышка из Манау” (=о-ва Мэн), необходимо рассмотреть судьбу о-ва Мэн в V-VI вв. О ней известно следующее:

- В эпоху ирландских нашествий на Британию и ирландской колонизации ее западных берегов (конец IV - ок. 500 г.) ирландцы заняли и колонизовали о-в Мэн, как видно из наличия там огамических надписей.

- Согласно “Житию Св.Гильды” Карадока Лланкарфанского (XII в.) на острове Minau (=Манау, Мэн) король Артур уничтожил отступивший туда остаток войска Кау (Каура) Пикта, отца Гильды, находившийся под командованием Хуэйля сына Кау (ок. 500 г.) / TYP. P.409/..

- Различные анналы Ирландии на вторую половину 570-х гг. (Анналы Инисфаллена - на 579 г., Хроника скоттов - на 576 г., Анналы Ульстера - на 577 г.) помещают запись primum pericolum Ulaid in Eumania. Лат. pericolum означает “рискованная, опасная попытка” и “гибель”, иными словами, его семантика всцело связана с гибельной опасностью - потенциальной или уже реализовавшейся. Даже если выбирать первое из приведенных значений, ясно, что успешную войну единственным словом “попытка” (которое к тому же имеет оттенок “опасной попытки” и которое можно равным образом понять как “гибель”) определять не будут. Общая семантика слова также говорит сама за себя. Итак, речь заведомо идет о поражении уладов, и надо переводить: “первая погибель, первое поражение уладов на острове Мэн”. Отсюда ясно, что в будущем уладов ожидало и новое поражение на острове Мэн.

- Под 581 г. Анналы Ульстера помещают победу короля ДалРиады Айдана мак Гаврана в битве Cath Manann; последнее название обычно связывают с о-вом Мэн (2).

- Под 584 г. Анналы Камбрии помещают запись bellum contra Euboniam (“война против Эвбонии=острова Мэн”). Кто вел эту войну, неизвестно. Сам тот факт, что Анналы Камбрии этого не говорят, показывает, что с точки зрения их составителей это было неважно. В свою очередь, это подразумевает, что для этих составителей “своими” в данной войне были обитатели поименованного Мэна, а враги - чужаками, идентификацию которых не стоило даже уточнять. А поскольку Анналы Камбрии (как видно уже из их названия, не говоря о содержании) смотрят на мир с точки зрения “кимров”, т.е. бриттов Великой Британии в целом, сказанное выше означает, что Мэн представлялся им бриттским королевством, а его враги - нет; тогда эти враги должны быть скоттами-ирландцами (шотландская ДалРиада, по крайней мере при Айдане мак Гавране, т.е. в 570-х - 600-х гг., считалась уже королевством “острова Британии”, см. Триаду 29 и др.). Далее, если о результате войны ничего не сообщается, и единственно определяющим это событие для “Анналов” был сам факт военных действий, bellum, то, очевидно, война ни к каким изменениям обстановки не привела - т.е. окончилась поражением нападающих. Итак, речь идет о поражении скоттов на о-ве Мэн; тогда это поражение было бы очень удобно отождествлять с той *второй неудачей уладов на о-ве Мэн, факт которой явствует из упоминания “первой” такой неудачи под 576/579 г.

- В валлийской поэзии один раз упоминается Urien Goreu /TYP. P.516/; литературная артуровская традиция, в том числе Кретьен де Труа и Мэлори, Урьеном, королем области Gor(r)e заведомо именует Уриена Регедского, отца Овайна. Н.Л.Гудрич и Брюс, опираясь, в частности, на описание этого королевства Go(r)re, видят в нем часть о-ва Мэн или весь остров целиком и выводят отсюда, что Уриен его завоевал и контролировал. Время могущества Уриена (когда он мог бы совершить такое завоевание) падает на период после Ардеридда, т.е. после 573 г.

Из всего этого вместе вытекает, что в конце 570-х - 580-х гг. остров Мэн стал объектом небывало интенсивного противоборства, в котором принимали участие улады, ДадРиада, Уриен и, естественно, династы самого острова Мэн. Открывающаяся картина очень похожа на одновременную попытку нескольких государей заполнить вакуум, образовавшийся с уходом некоего могущественного правителя, и овладеть его наследством. Между тем Кулванавид, король Мэна, был именно таким правителем и сошел со сцены как раз около момента накануне указанного противоборства или во время его самого. Не будет слишком большой смелостью предположить, что именно конец (или крах) Кулванавида и вызвал вспышку борьбы всех соседей за его наследие.


5. Кулванавид и Гормонд “Африканец”.

В своей “Истории королей Британии” (пар.184-185) Гальфрид Монмутский излагает загадочную историю о короле Гормунде, который откуда-то извне (по Гальфриду - из Африки) подчинил Ирландию, а из Ирландии, в свою очередь, напал на бриттского короля Каретика, правителя “Цирецестрии” (Киренкестер, совр. Чичестер), взял этот город и предал его округу и даже всю Логрию “от моря до моря” полному разгрому. В результате большей частью разрушенной Британии по уходе Гормунда тут же овладели местные англо-саксы. Гальфрид помещает это событие на середину VI в. (после тиранических бриттских правителей, перечисленных еще Гильдасом применительно к 530-м гг., и в то же время прямо накануне второй волны англосаксонского завоевания, которую, по Гальфриду, Гормундов погром и вызвал и которая реально началась в третьей четверти VI в.), но в то же время приписывает Гормунду встречу с Изембардом, посланцем франкского короля Людовика. Всю эту историю Гальфрид, вопреки ожиданиям, не выдумал: французская эпическая песня IX в. тоже сообщает о взятии Гормондом Цирецестрии и его встрече с Изембардом, послом Людовика (I, 814-840). Итак, речь идет о весьма древнем предании, сугубо британском по своему основному сюжету. В таком случае африканское происхождение Гормонда, как и его связи с франками - очевидное домышление поздних носителей традиции /для переработок ранних сюжетов, предпринимавшихся в конце I тыс., вполне обычное, ср. восточноевропейские ополчения в составе испанских мусульманских войск в “Песни о Роланде”!/, и ядро предания сводилось просто к тому, что некий король Гормонд, владетель Ирландии, разорил Цирецестрию, победив местного бриттского короля Керетика. Далее, коль скоро сведения о таком походе сохранялись во франкоязычной среде (куда, очевидно, пришли от бретонцев), поход был достаточно существенным историческим событием, и едва ли сводился к набегу на Киренкестер; тогда тот масштаб, который ему приписывает Гальфрид (разгром всей Логрии) следует приписывать скорее исторической реальности, чем воображению Гальфрида.

У Гальфрида эта история, повторим, датируется серединой VI в., что, несомненно, и отвечает первоначальному состоянию сюжета: французская датировка IX в. определяется явно вторичной привязкой к Людовику Каролингу, а, с другой стороны, никакого бриттского правителя после 577 г. из Цирецестрии выгнать было нельзя, так как в этом году город навсегда перешел в руки саксов Уэссекса. Между тем весь смысл повествования Гальфрида заключается в том, что Гормунд победил именно бриттского короля и тем расчистил дорогу саксам. Таким образом, предание, известное нам по французскому и Гальфридовскому изводам, должно было формироваться до 577 г., не позднее середины VI в.

Итак, мы остаемся при бриттской или бретонской легенде о некоем короле Гормонде, владевшем Ирландией / победоносно вторгшемся туда откуда-то извне, а потом совершившем успешный набег на низовья Северна и, возможно, на центральную Британию (в середине VI в). И по имени, и по своим владениям в Ирландии, и по времени действия этот Гормонд, как легко заметить, неотделим от эпического Гормонта - отца Изольды и государя Ирландии, который также правил в середине VI в. Иными словами, в легенде о Гормонде “Африканце” мы должны признать рефлекс предания все о том же Гормонте-Кулванавиде - предания, сводившегося к тому, что тот располагал Ирландией и воевал в бассейне Северна. Такое предприятие (как и влияние в какой-то части Ирландии или походы туда) выглядит вполне правдоподобно для могущественного правителя острова Мэн, каким был Кулванавид. В короле же Каретике следует видеть близкого предшественника Кондидана, бриттского короля Цирецестрии, убитого уэссекцами в 577 г.

Если доверять рассказу Гальфрида об опустошении Гормундом “Логрии”, т.е. центральной Британии, после взятия Цирецестрии, то подразумеваться здесь мог бы лишь исторический Калхвинидд. Эта держава, весьма могущественная в середине VI в. при короле Катраэте, при неизвестных обстоятельствах совершенно сходит на нет во второй половине того же века, так что в 570-х - 580-х ее территорией легко овладевают: уэссекцы с юго-запада в 571 г. и далее, а группы средних англов с северо-востока, консолидировавшиеся к исходу века в королевство Меркию - в 580-х. Как мы помним, апогей могущества Кулванавида должен был иметь место как раз накануне, в конце 560-х. Удивительным образом сведения Гальфрида прекрасно укладываются в этот ряд событий, поскольку хорошо объясняют внезапный упадок Калхвинидда, а реальное утверждение англов в центральной Британии в конце VI в. будет, в свою очередь, точно соответствовать их утверждению в Логрии после нашествия Гормунда в изложении Гальфрида.

Разумеется, использовать сведения Гальфрида означает идти на риск, который многим, если не большинству спецалистов, покажется неоправданным. Но, как мы видели, в данном случае Гальфрид передает давнюю бриттскую традицию, и поэтому (и только поэтому) сомневаться в историчности всего эпизода особых оснований у нас нет.

В “Жизни Мерлина” Гальфрид кратко упоминает историю Гормунда (стт.591-595), прибавляя по сравнению с изложением в “Истории...”, что “Волк Пучин” (как он здесь именует Гормунда), разорив Британию, повел флот “к галлам”, но погиб от королевского копья. Если это не домышление Гальфрида, здесь можно видеть ключ к судьбе исторического Кулванавида.


6. Кулванавид и Утигирн.

В ненниевой “Истории бриттов”, пар.62, присутствует энигматический Утигирн (Дутигирн), который ожесточенно сражался с (нортумбрийскими) англами “в это время”; последнее выражение у Ненния отсылает к предыдущей фразе “Истории бриттов”, а там говорится об основании королем Идой (правил в 547-559) Дейры и Берники. Тем самым время сражений Утигирна должно падать на правление Иды и/или на период, следующий прямо за этим правлением - т.е. на 550-е - 560-е гг. С другой стороны, сразу после фразы, сообщающей о войнах Утигирна, говорится, что “в то время” (т.е., в свою очередь, во время, характеризующееся только что обозначенными боями Утигирна с англами) прославился ряд бардов, в том числе Анейрин, описавший, как известно, события битвы при Катраэте в 598 г., и Талессин, воспевавший сражения Уриена и Оуэна, имевшие место в 570-х - 590-х. Для деятельности Утигирна все это вместе дает период не столько ок. 550, сколько ок. 560-570 г., т.е. в целом третью четверть VI в.

И действительно, сразу после пассажа об Утигирне и бардах в “Истории бриттов” следует пассаж о нортумбрийско-северобриттской борьбе 570-х - 590-х гг., где с кельтской стороны выступают совершенно иные герои, прежде всего Уриен, король Северного Регеда, а с англской - Теодрик и его сыновья (572-593). Деятельность Утигирна, которой был посвящен предшествующий законченный пассаж, отбрасывается тем самым на предшествующие же десятилетия, т.е. на ту же третью четверть VI в., которой мы датировали его выше.

Итак, Ненний выделяет две фазы бритто-англской борьбы на севере. Первая связана с именами Иды (547-559), Утигирна и бардов, начавших свою деятельность скорее ближе к 575, чем к 550 г. Вторая фаза связана с англскими королями 572-593 гг. и бриттскими королями Регеда времени ок.570-595 г. Утигирн, таким образом, может быть датирован временем ок. 550f.-570f.

“История бриттов” крайне скупа на имена для британских государей VI в., так что если уж Ненний счел необходимым специально упомянуть Утигирна как сильного врага англов, да еще подразумевал соответствующий, характеризующийся именно войной Утигирна с англами период в истории всей Британии (=“то время” пар.62, на которое Ненний помещает приобретение известности множеством бардов и которое предшествуюет эпохе могущества Уриена) - то ясно, что Утигирн был историческим деятелем первого порядка. Однако никто, кроме Ненния, Утигирна не упоминает.

Итак, мы располагаем, с одной стороны, эпическими сведениями о Кулванавиде - могучем северобриттском короле, вступавшем в какие-то отношения с Берникой (напомним о выдаче им дочери за Фламдуина - т.е. Теодрика или Фритувальда), правившем ок. 550-575 г., одним из государей общебританского масштаба (“Опора Британии”), чье могущество предшествовало могуществу Уриена (см. выше). С другой стороны, мы располагаем летописным упоминанием Утигирна - деятеля такого же масштаба, того же времени (в частности, так же прямо предшествовавшего могуществу Уриена) и того же региона, пограничного с англами Берники - но в эпосе по имени не отраженного. При этом Утигирн - личное имя, а Кулванавид - прозвище. Соблазнительно было бы считать, что речь идет об одном и том же лице - короле Инис Манау ок. 550-575 г., хотя, разумеется, этому отождествлению суждено оставаться в высшей степени гипотетическим.
 

7. Заключение.

Учитывая все сказанное, построим биографию эпического Кулванавида которая, с одной стороны, включала бы все основные детали, удержанные для него в валлийской традиции, а с другой - вписывалась бы в историю Британии VI в., насколько ее подробности поддаются реконструкции. Такая биография будет, разумеется, в достаточной мере условна (поскольку на деле часть эпических деталей могла быть просто выдумана или перенесена на Кулванавида с какого-то иного исторического лица), но, по крайней мере, она будет в наибольшей степени удовлетворять имеющимся источникам. Имеем:

Около 550 г. правителем острова Мэн (Инис Манау) стал местный князь, сын некоего Гориона, вошедший в историю под прозвищем “Худышка из Манау”, Кул-Манавид. Возможно, он и его отец Горион принадлежали к династии местных правителей Мэна и происходили от ирландцев, колонизировавших остров ок. 400 г., но с тех пор (аналогично таким же колонизаторам Уэльса в начале V в.) полностью “обританившихся”. Как бы то ни было, Кул-Манавид добился полной независимости и стал хозяином Ирландского Моря. Видимо, он совершил какие-то завоевания в Ирландии, во всяком случае, в воспоминаниях потомства он постепенно превратился во владыку Ирландии (возможно, конечно, что ирландцем он сделался просто потому, что Мэн из-за его географического положения и реального ирландского заселения сам превратился в традиции в Ирландию; но тот факт, что полусказочный Гормунд Гальфрида опирается на Ирландию, которую покоряет, однако, двигаясь с какой-то иной, коренной своей территории, позволяет нам вернуться к мысли о мэнскгм владыке - покорителе части ирландцев). Примерно в конце в 560-х гг. он ворвался в эстуарий Северна, опустошил территории добуннов, взяв Кориниум-Киренкестер (Чичестер), а возможно, продвинулся еще дальше на восток и навсегда сокрушил могущество Калхвинидда, так что позднейшее предание считало его опустошителем Логрии, т.е. Центральной Британии. В результате уэссекцы в 571-577 гг. легко завладели районами, опустошенными Кул-Манавидом.

Тогда же, во второй половине 560-х, после нашествия и отступления на юг Руна ап Мэйлгуна, Кул-Манавид окончательно добился гегемонии во владениях северо-западных королей дома Коэля (т.е. в Северном Регеде, где правил престарелый Кинварх ап Мархиаун, а также среди его восточных соседей, вплоть до границ Берники, с которой Кулванавид, возможно, воевал). Если отождествлять Кул-Манавида с Утигирном “Истории бриттов”, то его войны с Берникой, т.е. проникновение на восток, начались, скорее всего, еще в конце 550-х, пока был жив Ида - иными словами, сразу после смерти и распада державы Элиффера Эбраукского. Возвышение Ридерха Клайдского, господствовавшего от Стены Антонина до границ Гвинедда в начале 560-х, будет тогда лишь перерывом в успешной экспансии Кул-Манавида - Утигирна в северной Британии.

Как бы то ни было, апогеем могущества Кул-Манавида надо считать исход 560-х - начало 570-х гг. В орбиту его влияния в это время входят Северный Регед и, вероятно, Берника (а, значит, и все промежуточные земли, т.е. княжества сыновей Кейдиау, включая знаменитого Гвендолеу, правившего в районе совр. Карлайля. Гвендолеу был, видимо, союзником Айдана, короля шотландской ДалРиады [J. Morris. Age of Arthur. L., 1973], и этот союз мог быть частью более обширной системы союзов, сходившихся в конечном счете к Кул-Манавиду; как властитель Ирландского моря тот вполне мог располагать влиянием на скоттов Далриады). К этому времени Кул-Манавид выдал одну свою дочь за Кинварха Северорегедского (в 550-х? в конце 560-х?), другую - за Оуэна, престолонаследника следующего северорегедского короля Уриена (вскоре после ~570 г.), а третью - за королевича Берники, “Фламдуина” (которым по хронологическим причинам удобнее всего считать Теодрика, короля Берники в 572-579 гг.). Можно думать, что Кул-Манавид (если отождествлять его с Утигирном) усмирил англов Берники после нескольких лет войны в начале 570-х гг., и брак его дочери с “Фламдуином” был заключен по итогам этого усмирения ближе к 575 г. Тем самым англская война Кул-Манавида дейстыительно предшествовала бы англским войнам Уриена (шли ок.575-590) как следующей фазе.

Трудно сказать, как соотносилось могущество Кул-Манавида с битвой при Ардеридде (573 г.), в которой Гвендолеу был убит силами Ридерха Клайдского и королей Эбраука. Можно думать, что в конечном счете речь идет о столкновении союза Клайда и Эбраука, с одной стороны, и всей cферы влияния Кул-Манавида, с другой. Между тем реальным наследником сферы власти Гвендолеу стал, как известно, Уриен Северорегедский (который получил, соответственно, выход к границам Берники), а в начале своего правления Уриен, как можно заключить из брака его сына Оуэна с дочерью Кул-Манавида, оставался союзником последнего. В рамках предположенной выше схемы все это значит, что Ардерид не изменил принципиально расстановки сил в регионе: Регед по-прежнему блокировался с Мэном.

Как бы то ни было, ок. 575 г. Кул-Манавид, вероятно, сошел со сцены (погиб при рейде на “Галлию”, т.е. франкские владения [откуда его появление у франков, с передатировкой временем Людовика I во фр.эпосе]?). Его могущество унаследовал прежде всего Уриен Северорегедский. За коренной удел Кул-Манавида, Инис Манау, развернулась ожесточенная борьба между его преемником и сыном Конаном, королевством Ульстер, силами ДалРиады и Северным Регедом (все они могли действовать в коалициях неясного состава и сталкиваться на острове друг с другом). Два нашествия из Ульстера в ~577 и 584 гг. были отбиты с большими потерями для уладов; победа, одержанная в промежутке, в 581 г. на острове Мэн Айданом идз ДалРиады (или считать, что речь идет о событиях 584 г., с расхождением в датировках?), осталась бесплодна. Окончательная победа осталась за Уриеном: в середине 580-х он поставил под свой контроль и Клайдское королевство Ридерха, и Мэн, и большую часть прочих княжеств к северу от Стены Адриана, а также пользовался союзом с ДалРиадой и Ульстером (через ДалРиаду), возглавив всех соответствующих правителей в борьбе против Берники.


Примечания

1.  По прямому указанию “Истории бриттов” (пар.63) Уриен, действуя против Берники, воевал с Теодриком и его сыновьями (к переводу см. конец этого примечания), и в ходе этой войны погиб, не доведя ее до конца. Из выражений “Истории” не видно, идет ли в данном случае речь о продолжающемся правлении одного Теодрика (и тогда его сыновья выступают в данной фразе как его помощники), или о череде правлений Теодрика и его сыновей, взятой в целом. Из другой фразы того же пассажа пар.63 выясняется, однако, что Уриен воевал с нортумбрийским Гуссой. Список королей Берники в “Истории бриттов”, сведения “Анналов” Рожера де Ховедена и др. дают четкую последовательность: Теодрик с. Иды (572-579) - Фритувальд (579-585) - Гусса (585-593) - Этельфред с. Этельрика (с 593). Тогда примирить сообщение о гибели Уриена во время войны с Теодриком и его сыновьями и сообщение о его войне с Гуссой можно, только приняв, что Фритувальд и Гусса и были сыновьями Теодрика (или, по крайности, так думал составитель данного пассажа “Истории бриттов”) и Уриен воевал последовательно против всех троих. Тогда Уриен погиб заведомо до смерти Гуссы (так как он погиб на войне с “Теодриком и сыновьями”, а последним из них и мог быть разве что Гусса - ведь Этельфред был уже сыном Этельрика). Тогда “Фламдуин”, король Берники, погибший еще при жизни Уриена, может быть отождествлен либо с Фритувальдом, либо с Теодориком, но ни с кем иным, и битва при Аргойд Луфейн падет на 579 или 585 год.

[Текст Ненния гласит: “Deodric contra illum Urbgen cum filiis dimicabat fortiter = Деодрик против того Урбгена с сыновьями воевал усиленно. Тогда порой одолевали наши, порой враги. В то время... Урбген запер их (врагов) на острове Метхауд (далее говорится, что при этой осаде Урбген был убит)”. Как переводить первую фразу – “Деодрик со своими сыновьями воевал против Урбгена” или “Деодрик воевал против Урбгена, [выступавшего] вместе с его, Урбгена, сыновьями”?

Немногим выше у Ненния в изолированной фразе говорилось, что Урбген как-то воевал с Гуссой (вторым преемником Теодориха). Тем самым осада Метхауда, во время которой сам Урбген погиб, состоялась заведомо после воцарения Гуссы, иначе он не успел бы отвоевать с этим королем. А согласно пар.63 осада Метхауда/смерть Урбгена состоялась именно в ходе обсуждаемой войны “Деодрика против Урбгена с сыновьями”. Тем самым война “Деодрика против Урбгена с сыновьями», включавшая осаду Метхауда/гибель Урбгена, заходила в правление Гуссы (так как по независимым данным эта осада/гибель заведомо произошла уже после воцарения Гуссы, см. выше). Тогда “сыновья” должны относиться именно к сыновьям Деодрика, иначе фраза полностью потеряет смысл, приняв вид: *“Деодрик воевал против Урбгена и его сыновей»... при своем собственном втором преемнике Гуссе! Зато при понимании “сыновей” как сыновей Деодрика все, наоборот, становится ясным: *“Деодрик и (=а потом) его сыновья воевали против Урбгена”; при этом естественно подразумевалось бы, что осада Метхауда после воцарения Гуссы относится как раз ко времени “сыновей”.

Эта, единственно осмысленная трактовка, потребовала бы считать, что Деодрику наследовали его сыновья, продолжавшие как короли его войну с Урбгеном. В самом деле, у Деодрика было два преемника, которые, видимо, и приходились ему сыновьями. Между тем из сыновей Урбгена хорошо известен лишь один - Оуэн (остальные ничем не знамениты), и никто из них у Ненния не упомянут ни прямо, ни косвенно; “сыновья” во мн.ч. в “Истории” тем самым опять-таки должны скорее подразумевать сыновей/преемников Деодрика, в “Истории” как раз названных (в качестве преемников, без указания филиации).

Наконец, наш отрывок написан с сугубо англских позиций (“Деодрик храбро сражался с Урбгеном”; “иногда враги, иногда наши, тот же запирал их” - здесь Урбген, очевидно, “тот”, а “их” = наших; да и все это - комментарий к нортумбрийской королевской генеалогии, включенной Неннием) - скорее он будет упоминать сыновей Теодориха, чем сыновей Урбгена (особенно, если выясняется, что эти враги еще и не знамениты ничем); ср. еще раз: ниже речь идет только об Урбгене лично, а его сыновья после него даже не упомянуты; выше же речь шла о преемниках Теодорика без указания филиации - т.е. по умолчанию их и естественно понимать как сыновей.

Итак, оборот cum filiis относится к “сыновьям (-преемникам!) Деодрика”.]


2. Триада 29, перечисляя “три беззаветно верных воинства острова Британия”, называет воинство Кадваллона сына Кадфана, пребывавшее с ним в Ирландии 7 лет, воинство короля шотландской ДалРиады Айдана мак Гаврана (ок.573-608 г.), “что ушли в море за своего короля” (TYP 29), “в пору, когда ему был divankoll [<difant, имя от “отступить, отойти, спрятаться, ускользнуть” + koll “потеря”] = ‘’когда он пропал/пропадал пропадом’’ [т.е. пережил отчаянное бедствие, почти вконец уничтожившее его]” (TYP 29W), и, наконец, воинство Гвендолеу сына Кейдиау, уничтоженное при Ардеридде. Итак, по смыслу речь во всей триаде должна идти о героических поражениях. Это значит, что применительно к Айдану ДалРиадскому дело практически без сомнения идет о его поражении при Дегсастане в 603 г. К победе 581 г. оно в любом случае отношения не имеет.


Обсуждение этой статьи на форуме